Коррупция и теневая экономика. Теневая… и важные нюансы.

к. э.н., доцент Государственного университета управления

ВЗАИМОСВЯЗЬ КОРРУПЦИИ И ТЕНЕВОЙ ЭКОНОМИКИ

По мнению экспертов международной неправительственной организации по противодействию коррупции «Transparency International», в России за последние восемь лет произошло резкое увеличение коррупции. Согласно ежегодному исследованию, Россия по индексу восприятия коррупции в государственном секторе опустилась на 147-е из 180 мест в мире и заняла одну строчку с Кенией, Сирией и Бангладеш. Восприятие коррупции оценивается по данным опросов, проведенных среди экспертов и в деловых кругах. Безусловно, можно говорить о предвзятости экспертов и опрашиваемых лиц, но само место в общемировом списке коррумпированных стран впечатляет (таблица 1).

Таблица 1.

Группировка стран по уровню коррупции

Место в списке	Страна	Баллы
Наименее коррумпированные страны

	Новая Зеландия

	Сингапур с 9.2
Средне коррумпированные страны


Наиболее коррумпированные страны


	Бангладеш

Не менее печальные выводы получим, рассмотрев итоги масштабного исследования коррупции в разных регионах страны, проведенного фондом "Общественное мнение" (ФОМ). Как показали результаты исследования, давать взятки приходится почти каждому третьему россиянину, более чем каждому второму предпринимателю. Исследования проводились не во всех регионах страны (таблица 2).

Таблица 2.

Группировка регионов России по уровню коррупции

Место в списке	Регион	Доля, признавшихся опрашиваемых лиц в даче взятки, %





	Санкт-Петербург

	Пермский край

Таким образом, Москва признана самым коррумпированным регионом России. При этом следует учитывать, что в Чечне и Дагестане исследование не проводилось.

По данным МВД России ежегодный ущерб, причиняемый коррупцией экономике страны, составляет 40 млрд. рублей.

За 9 месяцев 2008 года сотрудники милиции выявили около 30 тыс. преступлений коррупционной направленности, что на 13% больше, чем за аналогичный период 2007 года. Например, сотрудниками подразделений по борьбе с экономическими преступлениями Владимирской и Оренбургской области совместно с коллегами из ФСБ пресечена деятельность 10 крупных организованных групп. Органами Внутренних дел Мордовии , Свердловской и Тамбовской областей ликвидированы 3 преступные группировки, имевшие обширные межрегиональные и коррупционные связи.

По расчетам фонда ИНДЕМ, только в деловой сфере России среднегодовой объем коррупции вырос между 2001 и 2005 годом с 33 до 316 млрд. долларов. Средний размер взятки, которую российские бизнесмены дают российским чиновникам, увеличился за несколько лет с 10 тысяч до 136 тысяч долларов.

Выплаты коррупционерам, осуществляющим постоянное прикрытие теневой экономической деятельности от контроля соответствующих государственных органов, должны рассматриваться как постоянные издержки организаций, субъектов теневой экономики . Одноразовые коррупционные платежи чиновникам относятся к переменным издержкам , которые могут возникать, например, на этапе регистрации юридических лиц. В совокупности эти постоянные и переменные издержки формируют коррупционную нагрузку на бизнес и называются общими коррупционными издержками фирм, увеличение которых перекладывается на покупателей продукции (оказываемых услуг) путем роста цен. В условиях падения совокупного спроса и развития кризисных процессов все это является одним из тормозов оживления российской экономики и предание ей статуса непривлекательности с точки зрения инвесторов.

Корру́пция (от лат. corrumpere - «растлевать») - это использование должностным лицом своих властных полномочий и доверенных ему прав в целях личного обогащения либо иной выгоды. Принято считать, что эти действия должны противоречить установленным государством нормам права . На наш взгляд, можно выделить высшую форму коррупции, при которой законодательство устанавливается в интересах коррумпированных чиновников. Таким образом, можно говорить о мало исследованной узаконенной коррупции. При ее наличии формируется коррупционно-олигархический капитализм, а государственный аппарат обслуживает интересы коррумпированных чиновников и криминальных олигархов.

Коррупция может возникать при наличии власти над распределением каких-либо не принадлежащих должностному лицу ресурсов, если они используются им в интересах личной выгоды. Ситуация усугубляется в случаях:

Например, по мнению посетителей сайта МВД России, повышение зарплаты является самой эффективной мерой в искоренении коррупции в органах внутренних дел (таблица 3). Но меры по противодействию коррупции должны быть комплексными, так как и причины порождающие коррупцию многогранны.

2. Теневая экономика включает в себя теневые производственные отношения, возникающие и существующие между ее субъектами.

3. Существующие, воспроизводящиеся теневые производственные отношения наносят вред обществу, государству, муниципалитетам, легальным организациям, домашним хозяйствам и разрушают их.

4. На более конкретном уровне можно выделить противозаконную форму функционирования субъектов теневой экономики как четвертый критерий теневой экономики. Исходя из этого, вся теневая экономика делится на две части:

Криминальную, то есть противоречащую нормам уголовного кодекса ;

Некриминальную, то есть нарушающую остальные нормы юридического законодательства.

5. Скрытый характер деятельности – это пятый критерий теневой экономики.

Если три первых критерия носят объективный характер, то два последних – субъективный. Объективные критерии первичны, субъективные вторичны. Ориентация на субъективные критерии выделения теневой экономики может приводить к парадоксальным ситуациям, когда, по сути, не теневые экономические отношения (например, ведение домашнего хозяйства) из-за отсутствия государственной регистрации и учета объявляются ошибочно частью теневой экономики. На самом деле в данном случае общество сталкивается с натуральным хозяйством, которое является пережитком прошлых веков и отчасти сохранившимся ввиду неразвитости производительных сил.

Теневая экономическая деятельность является частью теневой экономики, характеризуется деятельностью теневых предпринимателей. Создаваемый при этом продукт проходит стадии производства, распределения, обмена и потребления.

Теневое производство носит скрытый характер. Для его осуществления применяются как ресурсы, имеющиеся у теневых предпринимателей, так и ресурсы легальной экономики, которые нелегальным образом перетекают в сферу теневой деятельности.

Теневое производство неразрывно связано с распределением как производимых теневых товаров и услуг, так и используемых теневых и легальных ресурсов. Распределяться может только то, что произведено. При этом распределение обеспечивает формирование и развитие организованных преступных сообществ.

Особо следует отметить, что при распределении теневых благ и услуг в орбиту теневой экономики вовлекаются новые коррумпированные государственные и муниципальные служащие , что обеспечивает расширенное воспроизводство теневого капитала.

Теневая экономическая деятельность начинается с распределения теневого капитала и других ресурсов по отраслям и сферам деятельности. В первую очередь осваиваются теневые рынки, обеспечивающие норму прибыли более высокую, чем в легальной экономике.

Скрытый характер деятельности, насилие как форма существования теневого бизнеса приводят к монополизации теневых рынков. Но монопольную сверхприбыль получают не все участники теневой экономической деятельности. Многие из них ориентируются, прежде всего, на величину предельного дохода , сопоставляя его с предельными издержками.

Величина издержек определяется не только денежными расходами теневого предпринимателя, но и карательными санкциями, предусмотренными в уголовном, административном и других кодексах Российской Федерации. Большое значение имеет практика применения законодательства.

Создаваемые теневые товары покидают стадию производства и переходят на стадию обмена. Одни их них продолжают находиться в сфере теневой экономики (например, незаконно произведенные наркотики и оружие). Другие легализуются путем учета как якобы произведенной продукции на официально действующих предприятиях и организациях (например, изделия, произведенные из неучтенных материалов на одном предприятии, выдаются за продукцию другого предприятия, которое может не иметь для выпуска данной продукции соответствующих основных и оборотных средств).

В свою очередь, легальные рынки в условиях неэквивалентного обмена становятся питательной средой формирования теневого капитала.

Потребление является завершающей стадией движения созданных теневых товаров и услуг, но отнюдь не пассивной. Именно потребление рождает многие виды теневой экономической деятельности (например, проституцию и незаконный оборот наркотиков). Следует учитывать, что развитие теневого предпринимательства порождает новые негативные потребности, увеличивает спрос на товары теневого рынка (например, появление новых сильнодействующих синтетических наркотиков порождает на них спрос).

Анализируя развитие теневой экономики и ее взаимосвязь с коррупцией необходимо указать на то обстоятельство, что теневая экономика является частью реальной экономики. Термины открытой и закрытой экономики широко известны в экономической литературе и не требуют особых пояснений. В то же время реальная экономика как отдельная категория не выделяется и не рассматривается.

Реальная экономика – это такая форма национальной экономики, которая помимо домашних хозяйств, фирм, государства, муниципалитетов и субъектов внешнего рынка включает в себя участников теневого рынка, в том числе и коррумпированных должностных лиц.

Каждый из субъектов реальной экономики имеет свои собственные экономические интересы. Для субъектов теневого рынка – это, прежде всего, извлечение доходов любыми способами, в том числе и криминальными, в явной и скрытой форме. В явной форме представители теневого капитала не маскируют свои истинные приоритеты и ценности. В скрытой форме достижение интересов субъектов теневого рынка осуществляется:

1. Путем их лоббирования в органах государственной и муниципальной власти, вследствие чего может происходить, например, декриминализация общественно опасных деяний; не принятие необходимых обществу законов в течение долгого времени.

2. Через механизм отмывания «грязных» денег и другого имущества, полученных преступным путем, с последующим проникновением во все сферы общественной и политической жизни, органы законодательной и исполнительной государственной и муниципальной власти.

3. Под прикрытием легальной деятельности.

К субъектам теневой экономики относятся все ее участники, которые выполняют определенные функции. Наиболее важный и поэтому наиболее опасный субъект теневой экономики - это теневой предприниматель, то есть лицо, осуществляющее теневой бизнес на свой страх и риск в целях извлечения прибыли. Поэтому ключевым признаком теневого предпринимательства является получение прибыли.

На наш взгляд, нельзя утверждать, что цель теневой экономики - получение сверхприбыли. Любой предприниматель, в том числе теневой, стремится максимизировать свою прибыль. Но сверхприбыль получают только те из них, кто добивается монопольного положения на теневом рынке.

Все теневые экономические деяния условно можно разделить на три группы. Соответственно можно говорить о трех формах теневой экономики. Первая форма – это неофициальная, вторая экономика, примером которой могут служить подпольные цеха по пошиву одежды. Вторая форма – это фиктивная экономика, примером которой могут служить хитроумные операции по легализации грязных денег и другого имущества, добытого преступным путем. Третья форма – черная экономика, к которой можно отнести незаконный оборот наркотиков. В реальной жизни бывает сложно однозначно отнести какое-то теневое явление к конкретной из названных форм.

· на оптимизации налоговой нагрузки предпринимательской деятельности ;

· на развитии безвозмездного налогового и другого консультирования граждан в области предпринимательства;

· на совершенствовании качественной подготовки специалистов, способных работать в новых условиях хозяйствования.

Коррупция названа одной из угроз национальной безопасности, а консолидация усилий, направленных на борьбу с коррупцией, рассматривается как одна из мер обеспечения национальной безопасности. В мае 2006 года в своем послании Президент России признал коррупцию одним из самых серьезных препятствий на пути развития страны. Коррупция ставит под угрозу сам факт существования государства, выступает основным препятствием для повышения уровня жизни населения, развития экономики, становления гражданского общества, борьбы с организованной преступностью. Рост коррупции в России - один из основных барьеров на пути привлечения иностранных инвестиций и современных технологий в российскую промышленность. Коррупция негативно сказывается на внешнем имидже и инвестиционном рейтинге страны. Перечень отрицательных последствий коррупции достаточно велик, что позволяет с очевидностью говорить о необходимости борьбы с ней, причем борьба должна заключаться в осуществлении коренных преобразований не только в государстве, но и в социуме в целом.

На сегодняшний день принято немало попыток снижения уровня коррупции: при Президенте РФ создан Совет по борьбе с коррупцией; Россией ратифицировано большинство международных конвенций о борьбе с коррупцией; существует несколько проектов антикоррупционных правовых актов и программ; во многих регионах есть свои собственные программы борьбы с коррупцией; действует почти два десятка различных центров, институтов, сконцентрировавших свою деятельность на изучении коррупции и теневой экономики, однако уровень коррупции в России не только не снижается, но, напротив, продолжает расти. В чем же причины неудач противодействия коррупции? Почему, признав коррупцию одной из угроз национальной безопасности и одним из самых серьезных препятствий на пути развития страны, государство практически ничего не может предъявить обществу в качестве реальных достижений в борьбе с коррупцией? Таких причин можно назвать несколько.

Первая причина - это отсутствие действительной политической воли. Коррупция носит тотальный характер и пронизывает все сферы человеческой жизни. Она стала привычным явлением, нормой жизни, а ряд экспертов придерживается позиции, что коррупция - это вообще единственный на сегодня реальный способ управления. Поэтому перед нами встает самый главный и самый сложный вопрос - как можно заставить власть принимать эффективные меры по борьбе с коррупцией, если она сама коррумпирована? Вторая причина заключается в том, что большинство современных отечественных разработок по противодействию коррупции касается лишь отдельных направлений, аспектов, сфер такой борьбы, причем, как правило, в отрыве от решения проблем оздоровления экономики в целом. Ни одну из представленных сегодня классификаций проявлений коррупции, включая законодательство и практику его применения, нельзя признать отвечающей потребностям высокоэффективного противодействия этому явлению.

Одной из проблем гуманитарных исследований является пренебрежительное отношение к ключевым категориям, понятиям, к предмету исследования, что часто ослабляет последующее разложение проблем и решение задач. Мы определяем три ключевых понятия, связанных с данной проблематикой: государственная политика, коррупция, теневая экономика. Под государственной политикой понимается совокупность ценностных целей, государственно-управленческих мер, решений и действий, порядка реализации государственно-политических решений (поставленных государственной властью целей) и государственной системы управления. Коррупции на сегодня дано множество определений, однако в качестве системообразующего мы предлагаем следующее:

коррупция - это действие уполномоченного лица, приносящее ему незаконный доход и подменяющее интересы общественного блага более узким групповым интересом. Под данное определение подпадают и государственные служащие, и субъекты в системе коррупции бизнес-бизнес.

Теневая экономика - это незаконно неналогооблагаемая или криминальная хозяйственная деятельность. Из данных определений и вытекает правовое, организационно-управленческое поле, а также поле государственно-управленческих инструментариев и возможностей. Итак, что же делать с этими тремя ключевыми вызовами? Нужно прежде всего определить их российские особенности и специфику. Обращаем внимание на две ключевых особенности проблемы.

Первое - это масштабность явлений. Как оценил Президент РФ в своем Послании Федеральному Собранию РФ в 2006 г., уровень коррупции в стране представляет угрозу национальной безопасности, что поднимает планку и калибр нормативно-правовых и организационно-управленческих решений, которые в итоге мы будем предлагать властям в режиме экспертной поддержки. Второе явление тоже российское - это вызов в логической управленческой ловушке: каким образом тотально коррумпированная власть, которая только и уполномочена на нормативно-правовые инициативы, властные государственно-управленческие инициативы, может бороться с коррупцией, будучи сама коррумпирована, как она может бороться сама с собой? Такой замкнутый круг, из которого исследователю, ученому нужно найти выход. Решение должно быть не линейным, неординарным, не поверхностным. Заранее заявляем, что этот выход есть. Каковы же масштабы этого явления, можно ли их оценить не только на уровне экспертных опросов, публицистических оценок и «митингового пафоса»? Это можно сделать при помощи специальной математической модели, разработанной под руководством Валерия Леонидовича Макарова. Вычислительная модель позволяет промоделировать по крайней мере два явления.

Первое - казнокрадство, т. е. нецелевое использование бюджетных средств, а точнее - их разворовывание, и перевод их, например, из социальных или инвестиционных назначений на потребительский рынок. Коррупция или взятка - это неявный налог на осуществление предпринимательской деятельности в России. В связи с тем, что экономика стала частной, налоговое давление хотя и может стимулировать развитие, но за пределами оптимума налогообложения, т. е. в нашем случае, это развитие подавляет. Моделирование показало, что уровень взяточничества в российской системе взаимоотношений бизнеса с властью в одном из своих вариантов приводит к еще большему эффекту. За семь лет возможный уровень роста ВВП снижается на 20%. Цифры показывают, что в год темпы роста ВВП страны за счет обоих этих явлений снижаются на 5%. Это практически и есть то желаемое и требуемое удвоение ВВП, которое финансово-экономический блок Правительства РФ не в состоянии организовать в стране. Но есть ли способы убедиться не только на моделях, не только на субъективных экспертных оценках в том, что действительно такие масштабные экономические эффекты в российской экономике имеют место? Такие способы существуют.

Сравниваем два экономических комплекса страны - автодорожное хозяйство и железнодорожное хозяйство. Они представляют собой объекты инфраструктуры, пути сообщения общего пользования. Их смысл и экономическое содержание одинаково, но в случае автодорожного хозяйства, осуществляемое бюджетное финансирование приводит практически к мгновенному росту инфляции вместо развития, потому что прирост ВВП падает. В случае железнодорожной инфраструктуры общего пользования, наоборот, бюджетные инвестиции, хотя и невелики, ведут к снижению инфляции и одновременно к повышению темпа роста ВВП. В одной инфраструктуре, транспортной, с одной стороны (в случае с автодорожным хозяйством) - инфляция, сокращение роста; с другой (в случае с железнодорожным транспортом) - снижение инфляции и рост. В чем же разгадка? Разница в том, что бюджетные средства в автодорожном комплексе разворовываются, по компетентным экспертным оценкам - вплоть до 50%. Такова цена вопросов целевого использования бюджетных средств. По-видимому, именно это и привело к принятию руководством страны решения о сворачивании системы дорожных фондов. Надо сказать, отчасти это решение было ошибочным, потому как никакой компенсирующей системы финансирования дорожного хозяйства предложено не было. И, несмотря на эффективность использования в железнодорожном хозяйстве средств, выделяемых из бюджета, бюджетная поддержка железнодорожной инфраструктуры в должной мере не производится.

Государственная политика - это не просто борьба за власть, как иногда определяют политологи, это сложная управленческая практика. В этой практике обязательно должны быть ценности, преследуемые управлением, или ценностные цели.

Обязательно должны быть: выявлены факторы, которые торпедируют эти ценности; определены проблемы и задачи, подлежащие решению, соответствующие меры решения, действия в пространстве государственного управленческого инструментария, который воплощается в виде нормативно-правовых актов и организационно-управленческих решений; практика должна обязательно сопровождаться сравнением текущих результатов с запланированными и коррекцией государственно-управленческой политики.

Таким образом, это непрерывный цикл управления. В данном случае поле управления - борьба с коррупцией и теневой экономикой. Мы убеждены, что государственная политика - это не только предмет посланий, лозунгов, призывов или отдельных бессистемных нормативных инициатив. Она должна быть вписана в определенное видение законодательной нормативистики в стране. Вершина пирамиды - Конституция, а ее основание - это множественный набор нормативных, нормативно-правовых, управленческо-нормативных подзаконных актов. В этой пирамиде, мы полагаем, должна появиться концепция противодействия коррупции и теневой экономике - долгодействующая,

Рис. 1 Пространство документирования государственной политики

Разработка системы такого рода задач и их решений дело не простое, для этого нами предложена специальная методика проблемно-ценностной, управленческой декомпозиции, а затем синтезирования государственно-управленческих мер, решений и действий, объединяемых в программу. По указанной методике в рамках обсуждаемой темы идентифицировано 136 управленческих задач, которые необходимо решить. И очевидно, что бессистемно подходить к проблеме, пробовать ее решить на основе интуиции, озарения или великих талантов управленцев просто невозможно - нужен алгоритмизированный, технологизированный управленческий подход. Одновременно действенная борьба с коррупцией предполагает достижение целого ряда целей, объединенных в единую систему. Нашим авторским коллективом выделяется пять основных целей противодействия коррупции и теневой экономике:

Увеличение эффективности и компетентности власти в государственном управлении, авторитета власти внутри и вне страны.
Повышение инвестиционных и иных экономических рейтингов России.
Снижение экономических издержек, оздоровление экономики.
Стимулирование рыночного прогресса (добросовестной конкуренции).
Оздоровление социально-психологического состояния населения, утверждение справедливого распределения национальных ресурсов.

Возможно ли достижение предлагаемых целей? Предложенный метод построения политики прозрачен в пространстве цели-задачи-решения, и с его помощью поставленные цели достижимы. Используя предложенную методологию проектирования государственной политики, было построено проблемно-управленческое дерево государственной политики противодействия коррупции и теневой экономике, которое отражает шесть основных контуров (типов), шесть самодостаточных идентифицируемых коррупционных и теневых явлений.

Первый контур (тип) - это кадровая коррупция. Существует ряд общих проблем и вариантов их решений для всех видов кадровой коррупции. Однако есть и специфичные проблемы, наличие которых предопределяет необходимость отдельного анализа кадровой коррупции в различных ветвях государственной власти: исполнительной (система назначений на должность), законодательной (представительной, включая систему выборов), судебной и не вполне еще сформировавшейся контрольной. Анализ проблем кадровой коррупции в исполнительной власти показывает, что существует целый ряд крупных коррупциогенных проблем в функционировании исполнительной власти: неурегулированность значительной части правил поведения государственных должностных лиц, государственных и муниципальных служащих; отсутствие единого регулирования госслужбы; прохождение госслужбы служащим зачастую лишено четких ориентиров, также отсутствуют общие принципы построения и прохождения карьеры чиновника; отсутствие контрольных мероприятий по выявлению и пресечению правонарушений и грамотной кадровой политики в контрольных органах власти; необоснованная (обычно избыточная) и произвольно устанавливаемая и изменяемая численность государственных должностных лиц, государственных и муниципальных служащих; неадекватность (заниженность) официальной заработной платы государственных должностных лиц, государственных и муниципальных служащих требованиям квалификации и реальным трудовым затратам.

Кадровый корпус служащих России в силу этого ориентирован на удовлетворение личных нужд - «служат сами себе», а не обществу, государству, населению; Он основывается на взаимосвязи двух субъектов - лица, обладающего правом назначения на должность либо возможностью оказать влияние на результаты выборов, и лица, заинтересованного в получении этой должности. Среди основных отрицательных последствий кадровой коррупции - некомпетентность чиновников, неэффективность работы, снижение авторитета государственной власти запутанность системы исчисления денежного содержания государственных служащих (маленький оклад, кратные надбавки к окладу в зависимости от должности, надбавки за классные чины); несоразмерность денежного содержания начальных и высших должностей (10–15-кратный разрыв), федеральных и региональных чиновников (2–4 раза); хаотичность изменений заработной платы государственных должностных лиц, государственных и муниципальных служащих; необоснованность избрания и назначения на должности государственных должностных лиц, государственных и муниципальных служащих лиц, имевших снятую или погашенную судимость за совершение коррупционных преступлений, подвергавшихся административным наказаниям за совершение административных коррупционных правонарушений; размытость границ должностных полномочий лица затрудняет оценку правомерности его действий и позволяет расширить влияние на иных лиц; возможно выполнение должностных функций не уполномоченными на то служащими, возможно и осуществление правомочий, не разработанных или не оформленных надлежащим образом.

Отвечать за должностные преступления такие лица в полной мере не могут, т. к. нет полномочий данного должностного лица и нет регламентированной в соответствующем документе должностной компетенции; законодательство не содержит таких оценочных и моральных требований к прохождению государственной службы, как обязанность быть честным, беспристрастным и выполнять свои обязанности в меру своих способностей, эффективно, компетентно, справедливо и с пониманием, принимая во внимание лишь общественную пользу и соответствующие обстоятельства дела; низкий престиж госслужбы, невысокая степень разборчивости при наборе кадров, отсутствие адекватных вакантной должности критериев подбора; проблемы недостаточной открытости информации о доступе к госслужбе, об открытии вакансий госслужба - иерархична, но эта жесткая вертикаль слабо отражается на ответственности служащих за принимаемые решения перед сослуживцами.

Ряд крупных проблем существует и в функционировании законодательной (представительной) власти. Это неэффективность общественного контроля за выборными процедурами, участие в выборах представителей преступных сообществ, покупка мандата в региональных и местных органах представительной власти и др. Одной из наиболее уязвимых и привлекательных для коррупции, по мнению многих экспертов, оказалась судебная система. Здесь коррупционной привлекательностью обладает практически любая должность, от функционального содержания которой существенно зависят лишь формы и масштабы коррупционных проявлений. Коррупция в судебной системе во многом связана с несовершенством и закрытостью процедуры назначения судей: несовершенный порядок формирования квалификационных коллегий; слабый уровень проверки кандидатов в судьи; «связанность» судейского корпуса с правоохранительными органами, в особенности с прокуратурой. Формирование основного состава судейского корпуса из представителей правоохранительных органов на практике подрывает принцип независимости судебной власти. Второй контур (тип) - экономическая коррупция. Основная масса злоупотреблений связана с использованием полномочий в области контроля и распределения финансовых потоков. Подобный вид коррупции называют также «коррупционными услугами» в широком смысле. Происходит «продажа» властного ресурса, а также использование властного ресурса в целях присвоения иных государственных ресурсов.

Рассматриваемый вид коррупции приводит к подрыву конкуренции, к торможению рыночного прогресса, к возрастанию издержек бизнеса, к снижению инвестиционных рейтингов и т. п.

Именно в этом контуре (типе) коррупции мы рассматриваем коррупционные проявления в частном секторе, т. е. во взаимосвязи бизнес-бизнес. Третий контур - сращивание бизнеса и власти. В данном типе (контуре) коррупции присутствует лишь один субъект: он является носителем как интереса, так и властных полномочий. В основе лежит конфликт личных и государственных интересов. Сращивание бизнеса и власти также можно рассматривать как особую форму экономической коррупции, отличающуюся от остальных субъектным составом, мотивацией коррупционного поведения, но, главным образом, способами борьбы. Основными проблемами, связанными с указанным типом коррупции, видятся: «переманивание» кадров со службы в частный сектор для использования связей и «инсайдерской» информации; отсутствие координирующей межведомственной структуры по борьбе с рейдерством.

Четвертый контур (тип) - это идейная коррупция. Она охватывает все указанные контуры и напрямую связана с некомпетентностью власти, с неэффективностью ее работы, низким рейтингом и авторитетом. Под идейной коррупцией мы понимаем монополизацию и ограничение пространства выбора властных решений. Что касается идейной коррупции, то этот тип коррупции меньше других изучен российскими специалистами. Идейная коррупция тесным образом связана с кадровой и экономической коррупцией, а также с отсутствием идеологии государства, с навязанной России западной моделью ценностей. Здесь мы можем выделить такие основные проблемы, как: узаконенный произвол чиновничества на выбор целей и средств государственных решений, стратегий, действий; низкое качество государственных решений, декларативность, популизм государственных политик; привлечение одних и тех же разработчиков с едиными идеологическими и иными установками; участие в разработке государственно-управленческих решений организаций и органов, получающих финансирование за счет зарубежных бюджетных и небюджетных грантов; проблема разграничения политического убеждения или добросовестного заблуждения и правонарушения; неизвестность авторов - разработчиков проектов нормативных правовых актов приводит к их некачественности, к возможности лоббирования узких интересов в завуалированной форме; отсутствие ответственности за ложные публичные заявления представителей органов государственной власти и политических деятелей.

Пятый контур (тип) - теневая экономика. Теневая экономика и коррупция неразделимы и порождают друг друга. Теневой сектор является благодатной почвой для разрастания коррупции, потому что находится вне поля правовой защиты. Теневая экономика создает устойчивый спрос на коррупционные услуги и программирует необходимое ей число коррумпированных чиновников. Коррупционная деятельность - сама по себе часть теневой экономики. Таким образом, борьба с коррупцией неэффективна без одновременной борьбы с теневой экономикой. В сфере теневой экономики мы выделяем две основные проблемы, которые требуют безотлагательного вмешательства.

Первая проблема связана с так называемыми «коррупционными услугами» в широком смысле, означающими совпадение предмета коррупционной деятельности с предметом теневой экономической деятельности. Материальный эффект от коррупционной деятельности является частью теневого дохода. Вторая проблема, которая также требует решения в теневой экономике в связи с борьбой с коррупцией, - это прежде всего макроэкономические финансовые решения государства, продуцирующие теневую экономику.

Речь идет о налоговой политике государства, которая ведет к масштабному уклонению от налогов, к наличному обороту, снижению потенциала безналичных расчетов, неоправданным административным барьерам, заставляющим бизнес уходить в тень.

И, наконец, шестой контур - бытовая коррупция. С данным видом коррупции мы сталкиваемся в повседневной жизни, потому что она затрагивает такие сферы, как образование, здравоохранение, дорожное движение и проч. Опасность данного вида заключается в том, что, поражая основные сферы жизни общества, она делается привычным явлением и нормой жизни.

Говоря о возможных методах борьбы с указанными выше явлениями, необходимо отдавать себе отчет, что в сегодняшних условиях практически все трудоспособное население в той или иной мере участвует в различных формах коррупции и теневом секторе, поэтому одним из основных методов борьбы может стать легализация отношений (амнистия капиталов, легализация отдельных видов коррупционной деятельности по примеру ряда зарубежных стран, где легализован лоббизм и сформированы законодательные основы правомерной деятельности по продвижению отдельных интересов). Вместе с тем нужно понимать, что легализация некоторых форм коррупции не может решить всех проблем. Несправедливое распределение богатства является одной из причин коррупции. Речь идет о низком уровне оплаты труда чиновников, который вынуждает искать иные пути для получения дохода. Здесь нужно еще раз оговориться, что нельзя искоренять эту причину в отрыве от остальных причин.

В России сформировался целый идеологический пласт чиновничества, для которого коррумпированность - это не какая-то аномальная ситуация, это норма жизни, норма государственной службы и норма предпринимательства.

В этой связи считаем необходимым подчеркнуть, что меры по борьбе с коррупцией (противодействию коррупции) будут эффективны только тогда, когда будут реализованы в комплексе. В этой связи особое значение приобретает стратегический подход к решению этой проблемы.

Коррупция не только самовоспроизводна, но также неоднородна и трансформативна. В связи с этим принятие отдельного федерального закона о противодействии коррупции и теневой экономике представляется нам неадекватным инструментом для высокоэффективного противодействия коррупции. Кроме того, важно учитывать такой политико-психологический аспект идеи специального закона о борьбе с коррупцией, как юридическое увековечивание коррупции как неотъемлемой части российской действительности. Признание невозможности полного искоренения коррупции не дает государству права ограничиваться лишь декларированием социально - негативного характера коррупции и наказанием коррупционеров. Российскому обществу нужна ясная и жизнеспособная политическая доктрина противодействия коррупции и теневой экономике, отвечающая заявленным амбизициозным целям социально-экономического развития России, - Концепция государственной политики противодействия коррупции и теневой экономике в России, утверждаемая указом Президента РФ (политика декриминализации российской экономики). Итак, в целях борьбы с коррупцией и теневой экономикой нами предлагаются следующие ключевые решения:

Политическая воля и публичное политическое решение.
Поэтапная программа (заданная нормативно) охвата категорий госслужащих новыми мерами борьбы с коррупцией.
Создание федерального органа исполнительной власти по управлению госслужбой (с функциями спецслужбы по борьбе с коррупцией).
Добровольный «колпак» (добровольное ограничение части конституционных прав госслужащих).
Жесткая формализация деятельности госслужащих.
Разработка и введение механизма кадровых историй для госслужащих.
Введение парламентской процедуры проверки законопроектов на коррупциогенность.
Ужесточение наказаний.

Основополагающими из них являются: политическая воля и публичное политическое решение. Необходимо на уровне политического руководства страны системно заниматься этим явлением, а не только обозначать его существование. Выход из логической ловушки состоит в поэтапной заданной нормативной программе, которая постепенно будет охватывать разные категории государственных служащих и властно-политических лиц. И в добровольном «колпаке» - ограничении части конституционных прав представителей руководящих должностей государственной службы РФ. Остановимся подробнее на последнем из предлагаемых решений. Как показывают исследования, наиболее уязвимы с коррупционной точки зрения среди различных категорий должностных лиц руководящие должности государственной службы.

Данную проблему представляется возможным решить при помощи создания специального антикоррупционного механизма, позволяющего противодействовать совершению коррупционных преступлений. В качестве указанного механизма мы предлагаем ввести так называемый «колпак» для указанных лиц. Существо данного ограничения конституционных прав подразумевает добровольное согласие должностного лица государственной гражданской службы категории «руководитель» при поступлении на государственную службу на проведение в отношении него ряда проверочных мероприятий, т. е. осуществления контроля над его словами и действиями на службе и в частной жизни, независимыми специальными органами государственной власти. Полномочия по контролю такого рода представляется целесообразным возложить на органы Федеральной службы безопасности Российской Федерации в связи с тем, что у них имеется опыт проведения подобных мероприятий и борьба с коррупцией находится в сфере компетенции этих органов. Таким образом, с одной стороны, введение такого механизма позволит предотвращать коррупционные преступления, избавит от соблазна коррупционных деяний, с другой стороны, контролируемые должностные лица получат средство для эффективной защиты своей чести и достоинства в случае предъявления им необоснованных обвинений (например, со стороны СМИ) в коррупционной деятельности. К основным управленческим решениям по противодействию коррупции и теневой экономике относятся следующие.

Указ Президента РФ «Об утверждении Государственной концепции противодействия коррупции и теневой экономике».
Кодекс поведения лиц, замещающих государственные должности РФ и субъектов РФ, государственных и муниципальных служащих РФ.
Тарифно-квалификационный кодекс РФ.
Федеральный закон «О доверительном управлении имуществом лиц, замещающих государственные должности РФ и субъектов РФ, государственных и муниципальных служащих».
Федеральный закон «О паспортном контроле».
Федеральный конституционный закон «О внесении изменений в Федеральный конституционный закон «О судебной системе».
Федеральный закон о внесении изменений в федеральные законы РФ (ГК РФ, БК РФ, НК РФ, КоАП РФ, УК РФ, ГПК РФ, АПК РФ, УПК РФ, Основы законодательства РФ об охране здоровья граждан, федеральные законы «О системе государственной службы РФ», «О государственной гражданской службе», «О политических партиях», Закон РФ «О статусе члена Совета Федерации и депутата Государственной Думы Федерального Собрания РФ», «О статусе судей»; «Об органах судейского сообщества»; «О прокуратуре РФ», «О Счетной палате РФ», «О Федеральной службе безопасности», «Об оперативно-розыскной деятельности», «Об исполнительном производстве», «О судебных приставах», «Об образовании», «О высшем и послевузовском профессиональном образовании», «О некоммерческих организациях», «О лицензировании отдельных видов деятельности», «О техническом регулировании», «О несостоятельности (банкротстве)», «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных или муниципальных нужд», «О лекарственных средствах», «О безопасности дорожного движения») в целях противодействия коррупции и теневой экономике.
Федеральный закон «О нормотворчестве».
Указ президента РФ «Регламент Администрации президента РФ».
Указ президента РФ о внесении изменений в Указы президента РФ «О мерах по организации проверки сведений, представляемых лицами, замещающими государственные должности Российской Федерации в порядке назначения и должности федеральной государственной гражданской службы» от 1 июня 1998 г. № 641 и «Об утверждении Положения о персональных данных государственного гражданского служащего Российской Федерации и ведении его личного дела» от 30 мая 2005 г. № 609.
Постановление Государственной Думы Федерального Собрания РФ «О внесении изменений в Регламент Государственной Думы Федерального Собрания РФ».
Постановление Совета Федерации Федерального Собрания РФ «О внесении изменений в Регламент Совета Федерации ФедеральногоСобрания РФ».
Постановление Правительства РФ «О полномочиях органов государственной власти в области безопасности дорожного движения».

В настоящее время предложенные решения обозначенных нами задач соотносятся с действующим законодательством РФ и дают нам право обосновывать наши предложения. Необходимый доктринальный документ - Государственная концепция противодействия коррупции и теневой экономике, утверждаемая указом президента РФ. Разработка указанных документов в настоящее время ведется Центром проблемного анализа и государственно-управленческого проектирования.

Фрагмент доклада С.С. Сулкашина на конференции "Государственная политика противодействия коррупции и теневой экономике в России" в 2007 г.

Политика противодействия коррупции и теневой экономике

21 мая 2013 года

Первая модель или "модель точечных ударов", сутью которой является поиск нескольких наиболее значимых, как правило, ключевых звеньев правовой системы, создав или исправив которые можно запустить механизм противодействия коррупции и теневой экономике. Правовой интерпретацией такой модели обычно является внесение частных "антикоррупционных" и "противотеневых" поправок в действующие (как правило, отраслевые) нормативные правовые акты, но иногда для реализации "точечного удара" приходится принимать принципиально новый закон. Лучше всего суть этой модели может быть уяснена на примере борьбы с коррупцией.

На начальном этапе формирования мирового движения против коррупции (конец 80-х — начало 90-х гг. прошлого века) эта модель активно продвигалась Transparency International и Всемирным банком. Частичное воплощение эта модель нашла в Конвенции ОЭСР о борьбе с подкупом при осуществлении международных сделок 1997 г., Конвенции Совета Европы "Об уголовной ответственности за коррупцию" 1999 г., которая направлена на борьбу с подкупом зарубежных и международных чиновников. Базовой идеей этих конвенций является защита интересов транснационального бизнеса — мотора мировой экономики, коррупционные издержки которого вполне сопоставимы с ВВП большинства государств. Коррупционное бремя транснационального бизнеса неизбежно ведет к снижению уровня жизни большинства людей, вынужденных во все возрастающей степени приобретать товары, производимые ТНК.

Другим воплощением "модели точечных ударов" является еще недавно активно продвигавшаяся Всемирным Банком в России идея "острова без коррупции", попытки реализовать которую, к сожалению, до сего времени не удались. С инициативой создать в регионе при поддержке Всемирного банка "остров без коррупции" дважды выступало Государственное Собрание-Курултай Башкортостана и дважды эта инициатива не была воспринята Всемирным банком как серьезная.

Отдельные попытки реализовать узконаправленные антикоррупционные акции носили сугубо национальный характер: Указ Президента РФ Б.Н. Ельцина по оздоровлению государственной службы от 4 апреля 1992 г., приказ Председателя Государственного таможенного комитета РФ по усилению борьбы с коррупцией в таможенной сфере от 26 апреля 1995 г., Указ Президента РФ о борьбе с коррупцией в сфере государственных закупок от 8 апреля 1997 г.

Анализ новейшей истории противодействия коррупции и теневой экономике в России позволяет выделить, по меньшей мере, две базовые модели правового обеспечения такого противодействия. Одновременно нельзя не заметить дихотомии основных концепций последнего, предопределяющих целенаправленный либо, напротив, нецеленаправленный ("попутный", объективный) его характер. Роскошь "попутной" борьбы с коррупцией и теневой экономикой могут позволить себе немногие государства. Преимущественно те, кто миновал яму системной коррупции и теневой экономики, превысившей размеры легальной экономики, и имеет небольшой по численности государственный аппарат, эффективно обеспечивает соблюдение чиновничеством высоких этических стандартов (скромность в быту, недопустимость приобретения и пользования дорогими автомобилями и фешенебельными апартаментами наиболее строго соблюдаемые высокопоставленными должностными лицами).

Хотя a priori

к достоинствам рассматриваемой модели обычно относят меньшую ее ресурсоемкость, бóльшую "проталкиваемость", ориентированность на решение конкретных задач, бóльшую вероятность достижения успеха, практика не спешит подтверждать эти "аксиомы".

Проверить эффективность обратного подхода на общенациональном уровне, который еще называют системным или комплексным, в России до сих пор не удалось. За пятнадцать лет активного антикоррупционного нормотворчества не было принято ни одной федеральной антикоррупционной программы и ни одного комплексного антикоррупционного нормативного правового акта.

Вторая - модель системного воздействия, для реализации которой обычно используют программно-целевой подход и, соответственно, комплексные (межотраслевые) нормативные правовые акты. В силу многих причин российский законодатель с самого начала целенаправленной борьбы с коррупцией правовыми средствами (1992) тяготел именно к этой модели. В этой связи нет ничего случайного в появлении захватившей умы российских политиков и ученых идее разработки и принятии своеобразного межотраслевого антикоррупционного "миникодекса", сутью которой является концентрация имеющих антикоррупционное содержание норм разной отраслевой принадлежности в рамках единого нормативного правового акта. Однако "безболезненная" реализация модели системного воздействия с помощью не имевшего исторических аналогов комплексного антикоррупционного закона в условиях страны с долго формировавшейся правовой культурой и давно имеющей развитое кодифицированное законодательство оказалась практически невозможной, поскольку в этом случае происходило скрытое (а иногда и явное) разрушение кодифицированного законодательства с неизбежным последствием в виде коллизии межотраслевого и отраслевого антикоррупционного законодательства.

Первая попытка разработать такой межотраслевой антикоррупционный "миникодекс" была предпринята в 1992 гг. Затем эти попытки повторялись едва ли не ежегодно вплоть до настоящего времени, несмотря на заметное охлаждение интереса законодательных органов к самой идее комплексного антикоррупционного закона.

Почему до сих пор не было предпринято сколько-нибудь последовательных попыток реализовать системную модель антикоррупционного воздействия посредством скоординированных поправок в действующее законодательство — ответить трудно.

Скорее всего, потому что на начальном этапе активного антикоррупционного законотворчества еще не вполне были ясны его цели и инструменты и не был найден правовой механизм одновременного решения общих и частных проблем борьбы с коррупцией. Сегодня эта задача уже не кажется теоретически не разрешимой.

Во всяком случае, летом 2000 г. приемлемый правовой инструмент реализации модели системного воздействия на коррупцию без разрушения кодифицированного законодательства был найден. По инициативе В.Н. Лопатина была создана рабочая группа, в которую вошли В.В. Лазарев и С.А. Карапетян. После достаточно длительных дискуссий за основу была принята идея о разработке Основ антикоррупционной политики в форме федерального закона, включающих предельно общие нормы, адресованные основным субъектам формирования и реализации уголовной политики.

Ключевым элементом Основ антикоррупционной политики должны были стать антикоррупционные стандарты для базовых сфер правового регулирования. Изначально также предполагалось, что на основе этого базового закона будет принято более десятка отраслевых законов и иных нормативных правовых актов антикоррупционной направленности. Однако в силу объективных причин (отсутствие какого-либо финансирования и поддержки со стороны властей, партий и общественных организаций) организовать параллельную разработку всего пакета нормативных правовых актов, необходимых для реализации Основ антикоррупционной политики, было просто невозможно.

В течение года Основы антикоррупционной политики (затем Основы законодательства об антикоррупционной политике) проходили достаточно тщательную открытую экспертизу, в том числе в Российской академии наук, МГУ им. М.В. Ломоносова, на многочисленных семинарах и конференциях, с участием российских политиков и общественности. Концепция законопроекта была поддержана почти всеми, кто захотел высказать о нем свое мнение.

5 июня 2001 г., проект Федерального закона "Основы антикоррупционной политики" был впервые внесен в Государственную Думу группой из шести депутатов, но вскоре возвращен инициаторам Комитетом Государ ственной Думы по безопасности как не имеющий финансово-экономического обоснования, несмотря на то, что в пояснительной записке к проекту обосновывались незатратный характер предлагаемого закона и, соответственно, отсутствие необходимости в таком обосновании.

При этом нельзя не обратить внимания на важную деталь:

"Основы антикоррупционной политики" были возвращены инициаторам уже после того как Комиссия Государственной Думы по борьбе с коррупцией официально обратилась в Европейскую Комиссию с просьбой о проведении международной экспертизы

данного законопроекта.

В целом одобрительное заключение группы экспертов Европейской Комиссии, в которую входили известные зарубежные и российские специалисты в области экономики, политологии и права (А. Ламбер-Могилянски, Дж. Поуп, Т. Вандер Беккен, Н.Ф. Кузнецова, С.П. Глинкина) способствовало тому, что уже спустя полгода (20 декабря 2001) девять депутатов вновь внесли в Государственную Думу Федерального Собрания РФ доработанный по итогам экспертизы проект федерального закона "Основы законодательства об антикоррупционной политике". 21 декабря 2001 г. по предложению инициаторов законопроекта он был обсужден на парламентских слушаниях "Современное состояние и пути совершенствования законодательства Российской Федерации в области борьбы с коррупцией" одновременно с более ранним законопроектом "О противодействии коррупции".

По решению Совета Государственной Думы от 22 января 2002 г. (п. 28) "Основы законодательства об антикоррупционной политике" были включены в примерную программу законопроектной работы Государственной Думы в период весенней сессии и должны были рассматриваться 17 мая 2002 г. Однако за два дня до рассмотрения в первом чтении проект был отозван по инициативе Комитета Государственной Думы по безопасности всеми внесшими его депутатами со ссылкой на отрицательный отзыв Правительства РФ (хотя обычно в соответствии с Регламентом Государственной Думы депутаты не обращают никакого внимания на отрицательный отзыв правительства, если закон не требует дополнительного финансирования). 19 июня 2002 г. трое из девяти депутатов, ранее отозвавших свои подписи под проектом, восстановили их и внесли законопроект в Государственную Думу в третий раз.

"Основы законодательства об антикоррупционной политике" вносили в правовое регулирование борьбы с коррупцией следующие новые принципиальные положения:

— превращение антикоррупционной политики в постоянную функцию государства;

— провозглашение принципа самоограничения власти, создание основ долговременных обязательств власти перед народом;

— установление пределов государственного вмешательства в экономику в интересах борьбы с коррупцией;

— ориентированность на профилактику коррупционных правонарушений, а не на репрессии в отношении коррупционеров, среди которых (при попытке реализовать репрессивную модель борьбы с коррупцией) неизбежно будут преобладать мелкие взяточники;

— создание правовых предпосылок для устранения и предупреждения в будущем противоречий между различными отраслевыми и комплексными законами, закрепляющими антикоррупционные нормы, как на федеральном уровне, так и на уровне субъектов Российской Федерации;

— направленность на борьбу не только с коррупционными преступлениями, но и с иными коррупционными правонарушениями (в том числе с гражданско-правовыми деликтами, дисциплинарными и административными правонарушениями);

— правовое закрепление исчерпывающих бланкетных перечней всех видов коррупционных правонарушений, нормы об ответственности за которые кодифицированы (тем самым решалась бы одна из самых насущных проблем упорядочения статистики коррупционных правонарушений и планирования всей системы мер борьбы с коррупцией);

— правовое закрепление перечня сфер приоритетного антикоррупционного реагирования, что позволяет сегодня сконцентрировать весьма ограниченные ресурсы общества на стратегически важных направлениях;

— правовое закрепление антикоррупционных стандартов для 12 таких сфер (этой идеей воспользовались позднее и разработчики проекта Конвенции ООН против коррупции).

Что именно из этого перечня вызвало наибольшее неприятие среди большинства депутатов сказать затруднительно.

Осенью 2003 г. Комитет Государственной Думы Федерального Собрания РФ повторно проголосовал за недопущение "Основ законодательства об антикоррупционной политике" к первому чтению, хотя 14 ноября 2003 г. по предложению российской стороны Межпарламентская Ассамблея Содружества Независимых Государств на своей 22-й Сессии приняла модельный закон "Основы законодательства об антикоррупционной политике", воспроизводящий в одноименном российском проекте.

9 декабря 2003 г. от имени России была подписана Конвенция ООН против коррупции, базирующаяся на тех же идеях, что и "Основы законодательства об антикоррупционной политике", которые к этому времени российский законодатель уже "положил на полку" (на время или навсегда).

Комплексное же противодействие теневой экономике, в сущности, так и не продвинулось далее диссертационных исследований и концепций, разрабатывавшихся различными научными коллективами, за исключение того его сектора, который традиционно именуется борьбой с отмыванием "грязных" денег.

ИЗ ПРЕДЫСТОРИИ ВОПРОСА

Первым шагом на пути к созданию системы противодействия отмыванию "грязных" денег в нашей стране обычно признается начало работы над проектом закона "О борьбе с легализацией доходов, полученных незаконным путем". Это произошло вскоре после принятия известной Конвенции Совета Европы "Об отмывании, выявлении, изъятии и конфискации доходов от преступной деятельности" 1990 г. Однако прошло более десяти лет, прежде чем Россия ратифицировала эту Конвенцию и привела в соответствие с ней свое законодательство.

ИЛЛЮЗИЯ БЕЗНАКАЗАННОСТИ ОТМЫВАНИЯ "ГРЯЗНЫХ" ДЕНЕГ ДО 1 ЯНВАРЯ 1997 г.
Одной из иллюзий, доживших до наших дней, является то, что отмывание "грязных" денег в России стало рассматриваться как преступление лишь с принятием в 1996 г. нового Уголовного кодекса. Иллюзорность этой оценки обусловлена тем, что приобретение или сбыт имущества, заведомо добытого преступным путем, считалось в России преступлением на протяжении длительного времени (ст. 208 в УК РСФСР 1960), по существу являясь наиболее грубой формой легализации "грязных" денег. Преступлениями, доходы от которых "отмывались" таким примитивным путем, обычно были кражи, грабежи, разбои и мошенничество. Продавцы краденого в нашей стране были первыми "прачками", отстирывавшими "грязные" деньги. Несмотря на огромную распространенность и суммарный вред заранее не обещанного сбыта краденого они, тем не менее, оставались несопоставимыми с распространенностью и вредом для общества "отмывания" денег, полученных от незаконного оборота наркотиков и оружия. Квартирные воры в отличие от наркобаронов (за каким-нибудь редким исключением) никогда не ставили перед собой политических целей. Еще меньше их волновал вопрос документального оформления сделок с похищенным.

САМОЕ СУРОВОЕ УГОЛОВНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО О БОРЬБЕ С ОТМЫВАНИЕМ "ГРЯЗНЫХ" ДЕНЕГ ПРИНЯТО В ЕВРОПЕ

Сравнительно недавно российские и зарубежные средства массовой информации писали о том, что едва ли не главным препятствием для вступления России в Совет Европы и Всемирную Торговую Организацию является отсутствие законодательства о борьбе с отмыванием "грязных" денег.

Политики и банкиры рассматривали ратификацию Конвенции Совета Европы "Об отмывании, выявлении, изъятии и конфискации доходов от преступной деятельности" 1990 г. скорее не как некий пропуск в клуб цивилизованных государств, а как условие для получения новых международных кредитов и иностранных инвестиций. При этом, нередко замалчивался тот факт, что с момента вступления в силу с 1 января 1997 г. нового Уголовного кодекса Россия стала обладать самым репрессивным в Европе законодательством о борьбе с отмыванием "грязных" денег.

ВОСЕМЬДЕСЯТ МИЛЛИОНОВ ПРЕСТУПНИКОВ

Парламентские дебаты по вопросу о криминализации отмывания "грязных" денег накануне принятия нового Уголовного кодекса РФ в основном касались двух проблем. Первая — должны ли отмываемые деньги или иное имущество быть полученными преступным путем либо в результате совершения любого правонарушения, а не только преступления (гражданско-правового деликта, дисциплинарного проступка или административного правонарушения). Вторая проблема была связана с законодательным определением минимального размера для отмываемого имущества, с превышением которого появлялось бы основание для уголовного преследования. Первая дилемма (при весьма робких протестах отдельных депутатов и ученых) была разрешена в пользу максимально широкого подхода со следующей аргументацией. Установление правила, при котором источником получения "грязных" денег может быть только преступление, якобы требует предварительного обвинительного приговора суда, согласно которому этот источник признается преступным. Таким образом, возбуждение уголовного дела о легализации (отмывании) "грязных" денег якобы возможно лишь после вступления в силу такого приговора суда. Ответ на вопрос о том, почему невозможно параллельное расследование двух преступлений в рамках одного уголовного дела звучал примерно так: у нас нет следователей такой квалификации. В качестве второго аргумента в пользу широкого подхода, как это ни странно, назывались некие положения Конвенции Совета Европы "Об отмывании, выявлении, изъятии и конфискации доходов от преступной деятельности" 1990 г. Эти положения толковались таким образом, что якобы Конвенция требует (а не позволяет) признавать любые незаконные источники получения денег основой для признания последующих сделок с ними преступлениями, что, разумеется, не соответствовало действительности и в чем легко мог убедиться любой депутат, прочитавший русскоязычный перевод Конвенции.

Проблема определения в Уголовном кодексе минимального размера для "отмываемого" имущества, с превышением которого появлялось бы основание для уголовного преследования, стала серьезно обсуждаться незадолго до принятия нового Уголовного кодекса наряду с аналогичной проблемой применительно к другим преступлениям. Удивительно лишь то, что среди более чем двух десятков предложений такого рода, вносившихся многими экспертами Комитета Государственной Думы по безопасности, табу было наложено на обсуждение минимального размера "отмываемых" денег.

В итоге, в Уголовном кодексе РФ 1996 г. появилась ст. 174 "Легализация (отмывание) денежных средств и иного имущества, приобретенных незаконным путем", которая позволяла до 1 февраля 2002 г. привлекать к уголовной ответственности любого, кто совершил сделку с имуществом любой стоимости, полученным в нарушение предписаний любого нормативного правового акта (в том числе, изданного любым министерством или ведомством). При этом виновный вовсе не обязан был знать какой именно акт им нарушен. Достаточно было сознавать фактическую сторону правонарушения. Получив деньги взаймы с нарушением требования гражданского законодательства о простой письменной форме, с момента первой траты этих денег вы автоматически становились их "отмывателем", равно как и любой другой человек, пользующийся этими деньгами и знающий о том, как именно вы их получили. Нетрудно убедиться в том, что численность таких "отмывателей" была близка к численности вменяемых граждан России и находящихся на ее территории иностранцев и апатридов, достигших шестнадцатилетнего возраста, т. е. составляла свыше 80 миллионов человек. Вопрос привлечения их к уголовной ответственности носил скорее экономический и статистический, а не правовой характер.

ПРАКТИКА КАК КРИТЕРИЙ ИСТИНЫ

Пять лет применения первоначальной редакции статьи 174 УК РФ показали, что государство вовсе не было заинтересовано в том, чтобы привлечь к ответственности за отмывание "грязных" денег 80 миллионов человек. Скорее наоборот. За 1997-1998 гг. обвинения в легализации (отмывании) денежных средств и иного имущества, приобретенных незаконным путем, были предъявлены всего лишь 112 лицам. Не намного большее число было привлечено к ответственности в 1999-2002 гг. Этот показатель должен быть в некоторой степени дополнен данными о числе лиц, выявленных в связи с приобретением или сбытом имущества, заведомо добытого преступным путем (ст. 208 Уголовного кодекса РФ) — всего около 40 000 лиц за четыре года. При этом нужно учитывать, что более 95% совершивших преступление данного вида приобретали и сбывали имущество, похищенное путем кражи или грабежа.

Несмотря на то, что число ежегодно возбуждаемых по фактам легализации "грязных" денег уголовных дел превышало 1000, в большинстве случаев речь шла об "отмывании" сумм не больше 500 долларов США.

Исключения были крайне редкими. В 1998 г. Московским городским судом осуждены к лишению свободы с конфискацией имущества за легализацию (отмывание) денежных средств и иного имущества, приобретенных незаконным путем члены преступного сообщества — генеральный директор и менеджер ООО "Квадрум", которые занимались контрабандными поставками аккумуляторных батарей в Латвию из США транзитом через Россию. Общая сумма "отмытых" ими денег превысила 12 млн долл.

Первый вопрос, который возникал в связи с такой ситуацией у любого налогоплательщика: а когда же будут расследовать "отмывание" миллиардов долларов на территории России, о которых ежедневно пишут газеты со ссылкой на надежные оперативные данные? Ответ был очевиден. Пока уголовный закон позволяет привлекать к уголовной ответственности за "отмывание" 100 руб., полученных в нарушение любого нормативного правового акта, за нарушения в крупных размерах — никогда. Широкий подход к борьбе с отмыванием "грязных" денег в нашей стране в итоге оказался не только хорошей ширмой для бездействия правоохранительных органов, но и надежным инструментом для устранения конкурентов "законными" средствами.

ИСПРАВЛЕНИЕ ОШИБОК ИЛИ ПЕРВАЯ ЛИБЕРАЛЬНАЯ РЕВОЛЮЦИЯ В СФЕРЕ БОРЬБЫ С ОТМЫВАНИЕМ "ГРЯЗНЫХ" ДЕНЕГ

Внесенные в Уголовный кодекс РФ в связи с долгожданным подписанием Президентом РФ 7 августа 2001 г. Федерального закона "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступных путем" изменения и дополнения (они вступили в силу с 1 февраля 2002) внешне выглядели как исправление юридической ошибки, допущенной законодателем в 1996 г. при принятии Уголовного кодекса. Однако в действительности речь шла о принципиальных политическом и экономическом решениях.

С этого момента ст. 174 УК РФ стала допускать возможность привлечения к ответственности за легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами лишь преступным путем, и лишь в тех случаях, когда размер отмываемых средств превышал 2000 минимальных размеров оплаты труда (на 15 декабря 2003 г. эта сумма составляла 900 тыс. руб. или около 30 тыс. долл.). Кроме того, законодатель выделил в самостоятельную ст. (174) положения об ответственности за "отмывание" собственных "грязных" денег, т. е. теми, кто совершил преступление для того, чтобы их получить. Причина такого решения состоит в том, что в первоначальном своем виде ст. 174 допускала двусмысленное толкование, одно из которых исключало ответственность для тех, кто "отмывает" плоды собственных, а не чужих преступлений.

Фактически же это означало, что с 1 февраля 2002 г. было не только декриминализировано подавляющее большинство малозначительных по своей опасности форм легализации "грязных" денег (что, впрочем, не исключало вероятности применения других видов юридической ответственности к виновным), но и существенно была ограничена возможность незаконного давления на конкурентов и иностранных инвесторов с помощью коррупционных связей в правоохранительных органах.

ОСОБЕННОСТИ НОВЕЙШЕГО ПОВОРОТА В УГОЛОВНОЙ ПОЛИТИКЕ БОРЬБЫ С "ГРЯЗНЫМИ" ДЕНЬГАМИ ИЛИ ВНОВЬ ДЕВЯНОСТО МИЛЛИОНОВ ПОТЕНЦИАЛЬНЫХ ПРЕСТУПНИКОВ?

Перечень существенных поправок, которые внес законодатель в ст. 174 и 1741 УК, потрясает:

— Вновь криминализировано отмывание "грязных" денег в некрупном размере (части первые ст. 174 и 1741 УК). На первый взгляд может показаться, что законодатель вернул страну в состояние, предшествовавшее 1 февраля 2002 г. с 80 млн потенциальных отмывателей "грязных" денег. Однако это не совсем так. Максимальное наказание по ч. 1 ст. 174 УК и ч. 1 ст. 174 УК в новых редакциях составляет 120 тыс. руб. против четырех лет лишения свободы со штрафом в 60 тыс. руб. (100 минимальных размеров оплаты труда на 1 января 2004). Является ли это решение примером либерализации уголовной политики — ответить трудно. Скорее нет, чем да. Объективные предпосылки для неправомерного давления на экономический сектор, на наш взгляд, увеличились. Вновь создана в целом невыгодная государству ситуация, при которой недобросовестные чиновники смогут отчитываться об успехах борьбы с легализацией "грязных" денег привлечением к ответственности мелких "отмывателей".

— Установление обособленной ответственности за легализацию "грязных" денег в крупном размере, т. е. на сумму, превышающую один миллион руб. (ч. 2 ст. 174 УК и ч. 2 ст. 1741 УК), является скорее примером перекрестной криминализации и депенализации (т. е. уменьшения наказания) сопоставимых составов преступлений. Во-первых, в прежней редакции УК крупным размером финансовых операций и других сделок признавалась сумма, превышающая 2000 минимальных размеров оплаты труда, или 1 млн 200 тыс. руб. на 1 января 2004 г. Во-вторых, при том же максимальном размере наказания в виде лишения свободы размер штрафа как альтернативы лишению свободы снижен с 420 тыс. руб. (700 минимальных размеров оплаты труда) до 300 тыс. руб. (ч. 2 ст. 174 УК) и с 600 тыс. руб. (1000 минимальных размеров оплаты труда) до 500 тыс. руб. Если законодатель стремился к последовательному осуществлению принципа "меняем тюрьму на деньги", то в данном случае он ему изменил.

— Для тех, кто отмывал "грязные" деньги в крупном размере в составе предварительно сговорившейся группы лиц или с использованием своего служебного положения, законодатель заменил возможность применения к ним полной конфискации имущества (в соответствии со своим общим замыслом) штрафом до 1 млн руб. и сохранил при этом максимально возможные сроки наказания виде лишения свободы (8 лет лишения свободы, которые, кстати, по УК в новой редакции могут назначаться условно).

НЕКОТОРЫЕ ОБЩИЕ ВЫВОДЫ

Первый. Изучение практики противодействия коррупции и теневой экономике в нашей стране показывает, что последние пятнадцать лет поиски оптимальной модели такого противодействия носили, по сути, бессистемный характер. Государство даже и не пыталось "увидеть" бросающуюся в глаза взаимосвязь коррупции и теневой экономики.

Второй. Нетрудно убедиться в том, что сведение противодействия теневой экономике к борьбе с отмыванием "грязных" денег не только искусственно обедняет проблему, но и может (при чрезмерном усердствовании) приводить к росту теневого сектора.

На основании 7-ой главы монографии "Государственная политика противодействия коррупции и теневой экономике в России " под общей редакцей С.С.Сулакшина.

КОРРУПЦИЯ - НЕОТЪЕМЛЕМАЯ ЧАСТЬ ТЕНЕВОЙ ЭКОНОМИКИ

Телкова Ксения Ивановна

Боченкова Алена Сергеевна

Вираг Алина Степановна

студенты 4 курса, ИЭП, ННГУ,
РФ, г. Нижний Новгород

Александров Александр Сергеевич

студент 1 курса магистратуры, ИЭП,
РФ, г. Нижний Новгород

Дорожкин Артём Владиславович

научный руководитель, канд. экон. наук, ННГУ,
РФ, г. Нижний Новгород

Такое понятие как коррупция существовало всегда, когда существовало человеческое общество. Еще македонский царь Филипп II (382-336 г. до н. э.) любил говорить: «Осел, груженный золотом, возьмёт любую крепость».

Федеральный закон «О противодействии коррупции» дает следующее определение. Коррупция - это некоторое злоупотребление должностным положением, полномочиями, дача или получение с целью получения некоторой выгоды имущественного характера.

Проблему коррупции в мире чаще всего рассматривают с правовой стороны, и реже встречаются работы, посвященные изучению данной тематики с точки зрения экономической безопасности.

Основной закон, борющийся с развитием коррупции в России, является Федеральный закон «О противодействии коррупции», в котором предусмотрены лишь запретительные меры и меры пресечения. Однако, строгость и суровость законов никогда не искореняли противоправные действия, и история имеет тому множество примеров. Нужны серьезные экономические меры, чтобы не только сдерживать коррупцию, но и решить проблему с ней навсегда.

На сегодняшний день социально-экономическое положение России таково, что какими бы ни были экономические исследования, они не могут не коснуться экономической безопасности. Понятие экономической безопасности настолько разнообразно , что в одной работе сложно рассмотреть даже основные ее аспекты.

Очевидно, что коррупция - это продолжение теневой экономики, которая прочно и давно вошла в нашу общественно-экономическую жизнь .

Теневая экономика требует легализации средств, услуг, недвижимости, средств производства. В рамках закона это сделать невозможно, поэтому возникают коррупционные предложения. Причем, с ростом объемов эти предложения становятся настойчивее, т.е. способствуют развитию преступной среды. Значит, борьбу с коррупцией необходимо начинать борьбой с теневой экономикой, поэтому намечаемые экономические меры ни коим образом не должны подменять собой уголовно-административных, а действовать с ними во взаимосвязи. Примером таких действий в России может служить «амнистия» теневых капиталов. Расчет достаточно прост. Если объем нелегального капитала снижается, значит количество коррупционных предложений также будет меньше. При этом будет сокращаться преступная среда, которую подпитывает нелегальный оборот средств. Цепочка несложная в своей взаимосвязи. Но этого явно недостаточно.

В России, как показывают «крупные и громкие» уголовные дела, посвященные хищению, «откатам», многомиллионным взяткам должностных лиц, зарождает и распространяет коррупционную среду нередко сам государственный чиновник, который организует спрос на коррупционные предложения. Многие государственные программы, заявления, указы и даже принятые законы по борьбе с коррупцией не приводят к нужному результату.

Итак, имеем классическую экономическую ситуацию трех типов: спрос превышает предложение, спрос соответствует предложению, предложение превышает спрос. Наиболее стабильной (но не оптимальной) является ситуация, когда спрос соответствует предложению. В этом случае происходит некоторая «стабилизация» в экономических отношениях. При этом коррупция не затрагивает крупных секторов экономики, носит преимущественно единичный характер и не оказывает влияния на экономическую ситуацию в целом. Однако, это устойчивое положение обманчиво. Как и всякий сектор экономики, коррупция имеет тенденцию к развитию количественному или качественному. Превышение коррупционных спроса или предложения всегда ведет к активизации и увеличению преступной среды.

Самое непредсказуемое последствие расширения коррупции - это коррумпированность сознания общества, при котором серьезный удар принимает на себя экономическая безопасность. По оценкам МВД России, теневые структуры контролируют почти 50 % частных фирм, 50-85 % банков и дают около 40 % ВВП страны.

Коррупция затронула и социальную сферу: несправедливое перераспределение средств в пользу преступности и рост социальной напряженности в обществе, негативно влияющей на экономику страны и стабильность.

Но коррупция в РФ продолжает набирать обороты. Тому причиной выступает отсутствие политической воли. Коррупция стала реальным способом управления, так как сама коррумпирована.

Еще одной важной причиной является узко направленность разработок по противодействию коррупции без решения проблемы в целом.

Теневая экономика и коррупция взаимосвязаны и взаимозависимы. Теневой сектор создает хорошую базу для развития коррупции, т.к. он вне закона, поэтому борьба с коррупцией мало эффективна без параллельной борьбы с теневой экономикой.

Получается, что первоочередная задача по борьбе с коррупцией - борьба с теневой экономикой. Для снижения уровня теневой экономики требуется постановка и решение неординарных правовых и экономических задач, направленных на искоренение проблемы в целом. Нужна система, программа и алгоритм действий, технология принятия и реализации управленческих решений. Параллельно необходима действенная борьба с коррупцией.

В настоящее время в России в этом направлении происходят следующие процессы.

Повышение инвестиционных и других экономических рейтингов России.

Три главных международных рейтинговых агентства в начале 2015 года понизили рейтинг России до не инвестиционного уровня и объясняют это снижением стабильности российской финансовой системы, что ограничивает привычную роль ДКП, а также невозможностью России гарантировать стабильный экономический рост.

Это приведет к снижению привлекательности российских финансовых облигаций, что может негативно сказаться на перспективах экономического развития страны и привести к уменьшению объема инвестиционных потоков в РФ, сопровождающийся оттоком капитала.

Для преодоления экономических трудностей правительство разработало антикризисный план, поддерживающий макроэкономическую и социальную стабильность через сокращение расходов государства.

Оздоровление экономики и сокращение экономических издержек.

Обеспечивая устойчивое развитие экономики и социальную стабильность в кризисные периоды экономики, будут предприняты меры по активизации структурных изменений в экономике страны, стабилизации работы системообразующих организаций в основополагающих отраслях и достижение баланса на рынке труда, уменьшение уровня инфляции .

Увеличение авторитета государства внутри и вне страны.

Это невозможно сделать только законодательно. Нужно, чтобы каждый закон способствовал одной и той же цели - увеличению авторитета власти. Если власть будет обладать высоким авторитетом, то будет проще бороться с таким проявлением неуважения закона, как коррупция и теневая экономика, будет проще проводить реформы.

Так же необходимо отметить, что неуклонное выполнение принятых «справедливых» законов усиливает авторитет власти и повышает степень её доверия у народа. С начала политики реформ прошло еще недостаточно времени и, к сожалению, реформы проводились большей частью «сверху», поэтому именно сейчас как никогда важно заручится поддержкой народа, чтобы реформы не потерпели крах.

Прогресс рынка и его стимулирование.

Поддержку конкуренции гарантирует Конституция РФ, это является постоянным приоритетом политики страны.

Стимулирование конкуренции в экономике - это многосторонний аспект, зависящий от эффективного проведения политики государства по различным направлениям: от макроэкономической политики (благоприятный инвестиционный климат, развитие финансовой и налоговой системы, уменьшение административных и инфраструктурных барьеров) до защиты прав граждан .

Для поддержания эффективности конкурентная система должна оставаться открытой и свободной. Известно, что нерегулируемая монополия менее привлекательна, чем любая из форм конкуренции, именно поэтому целью антимонопольной деятельности государства является не столько борьба с монополией, сколько благоприятное развитие конкуренции.

Нужно понимать, что уничтожение теневой экономики невозможно, но оптимизировать ее масштабы вполне реально.

К уменьшению влияния организованной преступности, снижению уровня коррупции, защите интересов право послушных участников экономики и благоприятному развитию справедливой конкуренции могут привести следующие условия, рассмотренные в данной работе:

формирование благоприятной экономической ситуация в стране,
уменьшение тягости налогового бремени граждан страны, справедливые условия приватизации имущества;
совершенствование системы регулирования ВЭД;
ужесточение наказаний за финансовые нарушения;
повышение надежности банковской системы, а также повышения доверия граждан к банкам;
соблюдение и уважение законов государственными чиновниками и их подчиненными;
политическая и социальная стабильность в обществе;
формирование позитивного общественного мнения в отношении отечественных предпринимателей;
разработка эффективной программы превращения капиталов в инвестиционные ресурсы России;
рост доверия между предпринимателями, предпринимателями и государством.

Список литературы:

Дорожкин А.В. Комплексно-правовой подход и контуры государственной политики в отношении субъектов теневой экономики // Экономика и предпринимательство, - № 4 (ч. 2), - 2015 г. - С. 44-48.
Корнилов М.Я.: Экономическая безопасность России: основы, теория и методология исследования. Учебное пособие - М.: Изд. РАГС, 2010 - 154 с.
Распоряжение Правительства РФ от 27.01.2015 № 98-р «Об утверждении плана первоочередных мероприятий по обеспечению устойчивого развития экономики и социальной стабильности в 2015 году» https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_174635/ (дата обращение 02.09.2015).
Распоряжение Правительства РФ от 28.12.2012 № 2606-р (ред. от 28.04.2015) <Об утверждении плана мероприятий «Изменения в отраслях социальной сферы, направленные на повышение эффективности сферы культуры»>. [Электронный ресурс] - Режим доступа. - URL: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_140701/ (дата обращение 02.09.2015).
Федеральный закон от 25.12.2008 № 273-ФЗ <О противодействии коррупции>. [Электронный ресурс] - Режим доступа. - URL: http://www.rg.ru/2008/12/30/korrupcia-fz-dok.html (дата обращения 02.09.2015).

В 70-е годы международное сообщество приступило к выработке глобальной правовой основы по данной проблеме. В материалах V-го Конгресса ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями (Женева, 1975 г.) впервые появились положения об опасности подобного рода преступлений. А в Резолюции VIII Конгресса ООН (Гавана, 1990 г.) коррупция отнесена к глобальным проблемам, угрожающим всему человечеству. На рубеже XX-XXI веков появляется масса документов ООН: Международный кодекс поведения должностных лиц (1996), Глобальная программа против коррупции (1999), Конвенция против транснациональной организованной преступности (2000 и многие другие. В октябре 2003 г. была принята, а с декабря вступила в силу Конвенция ООН против коррупции как документ, обязательный к исполнению для всех государств, ратифицировавших его.

Комитет министров, рассмотрев Декларацию, принятую на второй встрече на высшем уровне глав государств и правительств, которая имела место в Страсбурге 10 и 11 октября 1997, и согласно плану действий, в особенности секции 3, параграфа 2 «Борьба с коррупцией и организованной преступностью», зная, что коррупция представляет серьёзную угрозу основным принципам и ценностям Совета Европы, подрывает веру граждан в демократию, разрушает правление закона, нарушает права человека препятствует социально-экономическому развитию, будучи убеждённым, что борьба против коррупции должна быть мультидисциплированной и в этой связи имеет отношение к программе действий против коррупции, так же как и к решениям, принятым европейскими министрами юстиции на их 19-й и 21-й конференциях, проведённых в Валлетте и Праге, соответственно, получив в проекте руководящие 20 принципов для борьбы против коррупции, разработанных Мульдисциплинарной группой по коррупции (GMC), твёрдо решив, что бороться с коррупцией необходимо, соединяя усилия наших стран, Комитет министров решил принять предложенные принципы для борьбы с коррупции:

1. Проводить эффективные меры для предотвращения коррупции и, в этой связи, поднимать общественное понимание и продвижение этического поведения.

2. Гарантировать признание национальной и международной коррупции криминальной.

3. Гарантировать, что те, кто отвечает за предотвращение, расследование, судебное преследование и судебное решение по случаям коррупции, имеют независимость и автономность, соответствующие их функциям, являются свободными от влияния и имеют эффективные средства, для того чтобы собрать доказательства, защищая людей, которые помогают властям в борьбе с коррупцией, и сохраняя конфиденциальность расследований.

4. Обеспечивать соответствующие меры для конфискации и лишения доходов в результате случаев коррупции.

5. Обеспечивать соответствующие меры, чтобы предотвратить давление на юристов, занимающихся случаями коррупции.

6. Ограничивать иммунитет от расследования, судебного преследования или судебного решения по случаям коррупции до степени, необходимой в демократическом обществе.

7. Продвигать специализацию людей или органов, отвечающих за борьбу с коррупцией и обеспечивать их соответствующими средствами и обучением для исполнения их задач.

8. Гарантировать, что финансовое законодательство и власти, отвечающие за осуществление этого, вносят вклад в борьбу с коррупцией в эффективной и скоординированной манере, в особенности отрицая возможность снижения налогов, согласно закону или правилу по поводу взяток или других расходов, связанных с коррупцией.

9. Гарантировать, что организация, функционирование и принятие решений публичными администрациями принимает во внимание потребность борьбы с коррупцией, в особенности, гарантируя прозрачность, совместимую с потребностью достигнуть эффективности.

10. Гарантировать, что правила, касающиеся прав и обязанностей должностных лиц, содержат требования борьбы с коррупцией и обеспечивают соответствующие и эффективные дисциплинарные меры; продвигать дальнейшую спецификацию поведения, ожидаемого от общественных должностных лиц соответствующими средствами, такими, как кодексы поведения.

11. Гарантировать, что соответствующие процедуры ревизии обращаются к действиям государственной службы и общественного сектора.

12. Подтверждать, роль, которую могут играть ревизионные процедуры в предотвращении и обнаружении коррупции вне административных органов.

13. Гарантировать, что система общественной ответственности принимает во внимание последствия коррумпированного поведения общественных должностных лиц.

14. Принимать соответственно прозрачные процедуры для общественного заказа, которые воплощают справедливую конкуренцию и удерживают коррупционеров.

15. Поощрять принятие избранными представителями кодексов поведения и продвигать правила финансирования политических партий и избирательных кампаний, которые удерживают коррупцию.

16. Гарантировать, что СМИ имеют право свободно получать передавать информацию по вопросам коррупции и подвергаются только тем ограничениям, которые являются необходимыми в демократическом обществе.

17. Гарантировать, что гражданское право принимает во внимание потребность борьбы с коррупцией и, в особенности, обеспечивает эффективные средства и права тех, чьи интересы затрагивает коррупция.

18. Поощрять исследования по коррупции.

19. Гарантировать, что в каждом аспекте борьбы с коррупцией, принимаются во внимание возможные связи с организованной преступностью и отмывание денежных средств.

20. Развивать до самой широкой степени возможное международное сотрудничество во всех областях борьбы с коррупцией.

На региональном уровне антикоррупционное законодательство пополняется документами Совета Европы, Европейского Союза, Организации Американских Государств, Содружества Независимых Государств и пр. Например, Уголовно-правовая Конвенция о борьбе с коррупцией Европейского Сообщества 1999 г. С 1996 года в Европе действует проект «Спрут», в рамках которого более 20 стран осуществляют информационный обмен по борьбе с организованной преступностью.

Для противодействия глобальной коррупции объединяют свои усилия и ученые-криминологи. В 2002 г. создан Всемирный антикриминальный и антитеррористический форум (ВААФ). Исследовательский Институт ООН по преступности и правосудию (ЮНИКРИ) координирует научную деятельность по вопросам борьбы с преступностью и коррупцией. В последние годы активно расширяется сеть исследовательских центров по изучению проблем транснациональной преступности и коррупции (TRACCC), основанная Американским Университетом (г. Вашингтон, США).

Целью всей этой научно-исследовательской деятельности ныне является выработка единой международной антикоррупционной политики и нормативно-правовой базы.

Система международных правовых стандартов противодействия коррупции и теневой экономике состоит из четырех взаимосвязанных подсистем:

I. Глобальная подсистема:

1. Конвенция Организации Объединенных Наций против транснациональной организованной преступности (принята резолюцией Генеральной Ассамблеи от 15 ноября 2000 г.).

2. Конвенция Организации Объединенных Наций против коррупции (принята резолюцией Генеральной Ассамблеи от 31 октября 2003 г.).

3. Международная конвенция о борьбе с финансированием терроризма (принята резолюцией Генеральной Ассамблеи от 9 декабря 1999 г.).

4. Декларация Организации Объединенных Наций о борьбе с коррупцией и взяточничеством в международных коммерческих операциях (утверждена резолюцией Генеральной Ассамблеи от 16 декабря 1996 г.).

5. Международный кодекс поведения государственных должностных лиц (принят резолюцией Генеральной Ассамблеи от 12 декабря 1996 г.).

6. Кодекс поведения должностных лиц по поддержанию правопорядка (принят резолюцией Генеральной Ассамблеи от 17 декабря 1979 г.).

7. Руководящие принципы для эффективного осуществления Кодекса поведения должностных лиц по поддержанию правопорядка (утверждены резолюцией Экономического и Социального Совета ООН от 24 мая 1989 г.).

8. Меры по борьбе с коррупцией. Меры по борьбе с отмыванием денег.

9. Планы действий по осуществлению Венской декларации о преступности и правосудии: ответы на вызовы XXI века (приняты резолюцией Генеральной Ассамблеи от 15 апреля 2002 г.).

10. Существующие международно-правовые документы, рекомендации и другие документы, касающиеся коррупции (Доклад Генерального секретаря, Вена, 8-17 мая 2001 г.).

11. Антикоррупционный набор инструментов (июнь 2001 г.).

II. Европейская подсистема:

1. Конвенция Совета Европы об уголовной ответственности за коррупцию (Страсбург, 27 января 1999 г.).

2. Конвенция Совета Европы о гражданско-правовой ответственности за коррупцию (Страсбург, 9 сентября 1999 г.).

3. Конвенция Совета Европы об отмывании, выявлении, изъятии и конфискации доходов от преступной деятельности (Страсбург, 8.11.1990 г.).

4. Двадцать принципов борьбы с коррупцией (приняты Комитетом министров Совета Европы 6 ноября 1997 г.).

5. Модельный кодекс поведения для государственных служащих (принят Комитетом министров Совета Европы 11 мая 2000 г.).

6. Единые правила против коррупции при финансировании политических партий и избирательных кампаний (приняты Комитетом министров Совета Европы 8 апреля 2003 г.).

7. Директива ЕЭС «О предотвращении использования финансовой системы для целей отмывания денег» от 10 июня 1991 г.

8. Соглашение о партнерстве и сотрудничестве, учреждающее партнерство между Российской Федерацией, с одной стороны, и европейскими сообществами и их государствами-членами, с другой стороны (Корфу, 24 июня 1994 г.).

9. Партнерство ЕС/Россия. Совет сотрудничества. О плане совместных действий по борьбе с организованной преступностью (Брюссель, 29 марта 2000 г.).

10. Парижская декларация против отмывания денег (итоговая декларация Парламентской конференции Евросоюза по борьбе с отмыванием денег от 8 февраля 2002 г.).

III. Региональные подсистемы:

3.1 Подсистема СНГ:

1. Соглашение о сотрудничестве государств – участников Содружества Независимых Государств в борьбе с преступностью (Москва, 25.11.1998 г.).

2. Модельный закон «Об основах законодательства об антикоррупционной политике» (принят на XXII пленарном заседании МПА СНГ 15 ноября 2003 г.).

3. Модельный закон «О борьбе с коррупцией» (принят на XIII пленарном заседании МПА СНГ 3 апреля 1999 г.).

4. Модельный закон «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных незаконным путем» (принят на XII пленарном заседании МПА СНГ 8 декабря 1998 г.).

3.2. Иные региональные подсистемы:

1. Конвенция о борьбе с дачей взяток иностранным государственным должностным лицам при осуществлении международных деловых операций (принята Организацией экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) 21 ноября 1997 г.).

IV. Отраслевые подсистемы:

3. Двадцать пять основных критериев FATF, препятствующих международному сотрудничеству в борьбе с отмыванием денег (2003 г.).

5. Общие рекомендации в отношении мер борьбы с коррупцией и обеспечения честности и неподкупности сотрудников органов юстиции и безопасности (Глобальный форум по вопросам борьбы с коррупцией, Вашингтон, 24-26 февраля 1999 г.).

6. Лимская декларация руководящих принципов контроля (принята IX Конгрессом Международной организации высших контрольных органов (ИНТОСАИ) в 1977 г.).

7. Кодекс надлежащей практики по обеспечению прозрачности денежно-кредитной и финансовой политики: Декларация принципов (принят Временным комитетом Международного валютного фонда 26 сентября 1999 г.).

8. Всеобщие директивы по противодействию отмыванию доходов в частном банковском секторе (Вольфсбергские принципы, 30 октября 2000 г.).

9. Пресечение финансирования терроризма (Вольфсбергский документ, январь 2002 г.).

Рост коррупции в государственных администрациях повлек за собой создание специальных структур управления государственной службой. Подобные попытки предпринимались и предпринимаются во всех экономически развитых государствах постоянно, независимо от формы правления.

В европейских государствах, а также в США, специализированных государственных органов по борьбе с коррупцией нет. Эти задачи отнесены к ведению правоохранительных, налоговых, финансовых, таможенных и других органов, в рамках которых могут создаваться специализированные подразделения. Несмотря на свою структурную принадлежность к указанным органам, работа такого рода подразделений строится на принципах самостоятельности, независимости и неподотчетности. Имеются примеры иных организационных решений. В Греции задачи выявления и борьбы с органами коррупции среди государственных и муниципальных служащих решает орган управления государственной службой – независимый генеральный инспекторат государственной службы. Вопросами государственной службы Германии ведает Министерство внутренних дел. В его структуре действуют Управление «D» (законодательство по государственной службе) и Управление «О» (организация государственной службы). В Испании организовано Министерство государственного управления. Во Франции среди государственных органов, занимающихся проблемами государственной службы, выделяется Министерство государственной службы с входящим в его состав Главным управлением администрации и государственной службы.

Рассмотренный выше опыт демонстрирует разнообразность подходов и вариативность идей при выборе оптимальной стратегии борьбы. Было показано, что имеющаяся сегодня структура в России работает неэффективно. Она лишь демонстрирует активную деятельность (создание формальных структур, точечное устранение представителей государственной власти за коррупционное правонарушение), в то же время не реализуя каких-либо превентивных антикоррупционных мер. Что касается рассмотренного опыта Франции и Великобритании, то, несмотря на имеющиеся отличия институционального характера, идея борьбы с коррупцией посредством превентивных мер, инициаторами которых выступают конкретные структуры, лежит в основе антикоррупционной деятельности в обеих странах. Именно такой характер борьбы позволяет достигать наивысших результатов, так как объектом реализации антикоррупционных мер становятся причины возникновения коррупции, а не последствия, как это происходит на данный момент в России.

Международный опыт борьбы с коррупцией показывает, что успех в ней зависит от ряда факторов, но в целом представить своеобразную «цепочку результативности» можно следующим образом:

1. Осознание государством и гражданами страны проблемы коррупции как угрозы национальной безопасности;

2. Вычленение в этой угрозе внутреннего и внешнего аспектов, политической и экономической составляющих;

3. Формирование стабильного и эффективного антикоррупционного законодательства с учетом опыта других государств;

4. Создание реально действующего механизма борьбы с коррупцией, включая работу независимой судебной системы;

5. Культивирование в обществе атмосферы нетерпимости и полного неприятия коррупционного поведения отдельных его членов и социальных групп.

Победа над коррупцией будет обеспечена совместными действиями, употребляя военную терминологию, трех фронтов: самих государств, гражданского общества и всем международным сообществом в целом.

В фундаменте этой победы лежат три основания, представляющие собой антикоррупционную стратегию:

1. Сильная политическая воля руководства стран и единая государственная политика противостояния коррупции;

2. Постоянный социальный контроль со стороны гражданского общества за всей системой государственного управления;

3. Жесткая подотчетность имеющих властные полномочия лиц перед действительно независимыми органами, наделенными, в свою очередь, полномочиями по привлечению этих лиц к ответственности независимо от высоты их общественного статуса.

Безусловно, при прочих равных условиях, антикоррупционные достижения ярче видны там, где исторические традиции, менталитет нации, религиозный опыт и иные духовно-нравственные факторы обеспечивают складывание в общественном сознании представления о чиновнике как об уважаемом человеке. Человеке, задача которого – государственная защита и охрана прав и интересов граждан. Страны, где такое представление формировалось веками, – Великобритания, Германия, Франция, Япония и другие – в начале XXI века имеют эффективный механизм борьбы с коррупцией. В чем же состоит международный опыт этой борьбы?

Во-первых, приходится признать: нет в мире стран, где отсутствовала бы коррупция. С 1995 года некоммерческая независимая организация по изучению и борьбе с коррупцией Транспаренси Интернэшнл (Transpаrency International), что означает «Международная Прозрачность», публикует доклад, в котором приводит данные ИВК (Индекса Восприятия Коррупции). Из приводимого списка стран видно, что свободных от коррупции мест на планете не осталось.

Во-вторых, коррупция проявляет себя во всем мире одинаково. Основные виды ее проявления – это:

· подкуп государственных национальных должностных лиц;

· подкуп членов государственных представительных органов власти;

· подкуп иностранных политических деятелей;

· подкуп в частном секторе;

· подкуп должностных лиц международных организаций;

· подкуп судей;

· использование служебного положения в корыстных целях;

· отмывание денег, полученных от корыстных преступлений.

Причем, существует так называемая низовая коррупция (взяточничество мелких и средних чиновников) и коррупция в высших «эшелонах власти».

В-третьих, при всей многоликости коррупции бороться с ней можно, используя средства как процедурные, так и институциональные. Одним из лидеров мирового антикоррупционного движения являются США. Сейчас там реализуется комплексная стратегия борьбы с коррупцией на международном уровне по таким направлениям, как:

· экономическое реформирование, направленное на ослабление государственного регулирования;

· повышение открытости административных процессов;

· перестройка деятельности государственного аппарата, сокращение бюрократических структур и снижение их влияния на экономику;

· совершенствование работы судов;

· реформирование коммерческого законодательства, особенно по проблемам рынка ценных бумаг, недвижимости, интеллектуальной собственности, экологии;

· укрепление гражданского общества и усиление независимых средств массовой информации;

· искоренение внутренней коррупции в правоохранительных органах.

Описывая коррупционную преступность необходимо учитывать, что это глобальный феномен. Статистический рост коррупционной преступности сегодня фактически является мировой тенденцией, охватывая не только республики СНГ, но и страны Латинской Америки, Ближнего и Среднего Востока, Средиземноморья Африки, Восточной Европы, а также Китай. В последние годы эта тенденция распространилась на такие экономически развитые страны как Германия, Франция, Бельгия, Нидерланды, Люксембург, Канада, где она еще совсем недавно не рассматривалась в числе наиболее значимых социальных проблем.